История русской почты - цельные вещи, видовые открытки, параходная земская русская почта в Китае - сайт коллекционеров отечественных почтовых отправлений

Почтовое свидетельство пребывания русских

солдат во Франции в первую мировую войну

 

 

     В истории почты Первой мировой войны имеется малоизученный и интересный раздел – почта Русского экспедиционного корпуса. Почтовые отправления с Французского и Македонского фронтов, на которых сражались русские солдаты, являются относительно редкими. Существует также много вопросов по функционированию почты корпуса и маршрутам доставки корреспонденции в Россию. Поэтому на сегодня еще рано говорить о восстановлении всей истории почты Русского экспедиционного корпуса и приходится оперировать отдельными почтовыми свидетельствами, по мере накопления которых будет вырисовываться более полная картина.

     В семейном архиве Гладышевых, приобретенном автором в Иркутске, имеется три почтовых карточки от русского солдата во Франции Иннокентия Сысоева. Здесь впервые приводится это почтовое свидетельство, излагается краткая история Русского экспедиционного корпуса во Франции и предлагается возможный вариант периодизации истории почты корпуса.

     История Русского экспедиционного корпуса во Франции. Понеся значительные людские потери в кампанию 1914 года, Франция обратилась к России с предложением направить 400 тыс. русских солдат на Французский фронт в обмен на вооружение и боеприпасы. Однако русская армия также понесла большие потери. После трудных переговоров было обещано направить только 5 бригад по 10 тыс. человек [1]. В январе – мае 1916 г. формируются 4 особых пехотных бригады (около 44,5 тыс. чел.), а весной 1917 г. – артиллерийская бригада и инженерно-саперный батальон [2]. По воспоминаниям солдата 1-й роты 2-го особого пехотного полка П.Карева [3], отбирали в экспедиционный корпус высоких, красивых, грамотных, только православных и только абсолютно здоровых. При этом «конкурсный отбор» был следующим: из 30 тыс. человек в военном гарнизоне города Кузнецка отобрали 260 рядовых и унтер-офицеров и отправили в Самару, где забраковали 204, а оставшиеся 56 человек были зачислены в 1-ю роту. Таким образом, из 30 тыс. человек было отобрано 56 лучших.

     Первая особая бригада (1-й и 2-й особые пехотные полки) под командованием генерала Н.А.Лохвицкого из Москвы и Самары по железной дороге через Иркутск и Харбин была доставлена в занимаемый японцами порт Дайрен (бывший русский порт Дальний). Из Дайрена на французских пароходах через Сингапур, Коломбо, Джибути и Порт-Саид части бригады прибыли в Марсель в апреле 1916 г. В июне 1916 г. во Францию доставлена 2-я особая бригада, а в августе – октябре 1916 г. – 3-я и 4-я особые бригады. Затем 2-я и 4-я бригады были переброшены через греческий порт Салоники на Македонский фронт. Туда же через Францию направились в 1917 г. артиллерийская бригада и инженерно-саперный батальон.

     Оставшиеся во Франции 1-я и 3-я особые бригады были отправлены в тыловой лагерь Майи для изучения французского оружия. Затем на Мурмелонском участке фронта в составе 4-й французской армии вели тяжелые оборонительные бои. В апреле 1917 г. обе бригады приняли участие в наступлении союзников и должны были взять деревню Курси и форт Бремон. Однако не получив поддержки со стороны французских войск, русские бригады понесли большие потери – около 6 тыс. человек [4]. По данному событию Анри Барбюс написал: «1-ю бригаду русского экспедиционного корпуса бросают на штурм форта Бремона. Русские проходят 26 линий проволочных заграждений и занимают все поселки, расположенные у подножья этого форта. Самого форта они не могут взять, потому что французские подкрепления не поспевают во время (это было заранее решено). В результате русские вынуждены отступить и теряют при этом 70 процентов своего боевого состава» [5, стр. 159].

     После этих тяжелых боев обе бригады размещаются в тыловом лагере Ля-Куртин, где в начале июня 1917 г. они объединяются в Особую пехотную дивизию под командованием генерала Н.А.Лохвицкого. Русские солдаты больше не желали умирать за Францию и потребовали отправить их на Русский фронт. Представители Временного правительства вывели 3-ю особую бригаду и офицеров 1-й бригады в другой лагерь, а восставших солдат первой бригады окружили в Ля-Куртине двумя кольцами русских и французских войск. Утром 3(16) сентября 1917 г. начался артиллерийский обстрел лагеря. 10(23) сентября сопротивление восставших было сломлено. Часть солдат 1-й бригады бросили в тюрьмы, несколько тысяч – направили на каторжные работы в Северную Африку, оставшихся – на работы в тылу во Франции. Подчиненные Временному правительству немногочисленные русские войска продолжали сражаться на Французском фронте. В 1919-1921 гг. большинство русских солдат возвратилось на родину.

     Почтовое свидетельство. На первой почтовой карточке (рис. 1) имеется следующее

 

                         

Ст 4.1

 

Ст 4.1.1

 

  Рис. 1.

 

письменное сообщение: "Доехал хорошо и благополучно. Теперь пока в лагерях. Адрес (франц.) Secteur postal 189 Особо-Маршевый баталiон 2 рота 2 взвод. Досвид Целую Вас Иннок Сыс. Авгус 2го 1916 г.». На этой же стороне карточки приводится адрес получателя: «La Russie Сибир Усольское почт. отд. с.Тельма. Иркутск губ и уезд. Якову Гавриловичу Гну Гладышеву”. В правом верхнем углу поставлена круглая печать «Особо-маршевый баталiонъ / 2-я рота». Прием карточки французской военно-полевой почтой зафиксирован круглым штемпелем «TRESOR et POSTES / * 189 *» с датой 16-8-16. При этом следует подчеркнуть, что в письменном сообщении дата – 2 августа – указана по юлианскому календарю, а прием на французской почте – по григорианскому календарю или новому стилю, что в переводе на применявшийся в те годы в России старый стиль соответствует 3 августа. Далее данная карточка 20 августа 1916 г. поступила в Петроград в 1-ю экспедицию почтамта, о чем свидетельствует круглый штемпель, и прошла военную цензуру – имеются фиолетовый прямоугольный штамп петроградского военного цензора №162 и фиолетовая квадратная военно-цензурная отметка «17» (соответственно типы 15 и 27 по каталогу [6]). Штемпель получения «УСОЛЬЕ ИРКУТ. / **а» имеет дату 4.9.16. Таким образом, рассмотренная почтовая карточка преодолела путь из Франции через Петроград в Усольскую почтово-телеграфную контору Иркутской губернии за 32 дня (с 3 августа по 4 сентября 1916 г.).

     Следующие две карточки (рис.2 и 3) не имеют почтовых отметок. Либо они отправлялись внутри конверта, либо доставлялись каким-нибудь другим способом, но в итоге оказались в Иркутске у Гладышевых. На второй карточке (рис. 2) имеется

 

   

Ст 4.2

                                       

Ст 4.2.1

 

Рис. 2.

 

следующее письменное сообщение: «1917 год. Июля 9го Здравствуйте Дядя и Тетя шлю Вам далеко сердечный привет. Я пока здоров. На днях только что приехал изъ отпуска который имел на 14 дней. Посмотрел Францию многое подходяще к нашим городам, но только люди жили свободней. Движение сразу было и ослепило, после пошло хорошо. Досвидание привет бабушке Ваш Пл. Ин. Сысоев».

     Третью карточку (рис. 3), наверное, планировалось переслать по почте, о чем

 

  

Ст 4.3.1

 

Ст 4.3

                                                                

Рис. 3.

 

свидетельствует указанный на ней адрес получателя: «Иркутск. Набер. Ангары. Прист. парох. «Товарищ» Гну Гладышеву Павлу Яковлевичу». Однако что-то помешало этому и карточка была доставлена в Иркутск каким-то другим способом. На ней приводится следующее сообщение: «1917 года Августа 1го дня. Здравствуйте Дядя! Шлю Вам привет далекий и от души желаю успеха. Я пока живу меняя место по маневрам. Сейчас стоим в одном лагере близ сей открытки и скоро повидимому уедем на фронт. Подготов. занятия начнутся завтра. Народо-насел. победней чем в нутри Фр. и смесь с испанцами т.к. граница рядом. Хотя в мирное время и хвалили Бордовские вина но сейчас ничорта не стоят. До свидание. Привет Тете Бабушке. Остаюсь В. Плем. Иннок. Сыс.».

     Периодизация истории почты Русского экспедиционного корпуса во Франции.  Анализ сохранившихся документов и воспоминаний позволяет выделить пять периодов, отличающихся особенностями почтового обслуживания солдат и офицеров корпуса.

     Период нахождения корпуса в зоне обслуживания русской почты. После издания приказов о формировании 1-й и 3-й особых пехотных бригад, изготавливались печати частей, входивших в эти бригады, и вся корреспонденция военнослужащих клеймилась данными печатями. За дату образования 1-й особой бригады можно принять дату назначения командиром бригады генерала Н.А.Лохвицкого – 21 января 1916 г. [7]. Примерно с этого времени и до прибытия на станцию Куаньченцзы в Маньчжурии (февраль 1916 г.) военнослужащие могли пользоваться услугами русской почты. Третья особая бригада начала формироваться в мае 1916 г. и примерно в августе была отправлена из Архангельска в Брест (Франция). Таким образом, первый период представлен двумя  интервалами времени – январь-февраль и май-август 1916 г. Вероятность обнаружения почтовых отправлений этого периода уменьшается к концу периода в связи с принятыми мерами по соблюдению секретности переброски войск. М.Егерев по данному поводу пишет: «Через Маньчжурию нас везли в закрытых товарных вагонах, чтобы скрыть от немецкого командования переброску русских войск во Францию и не дать возможности предпринять меры к потоплению кораблей» [4, стр.87].

     Период доставки военнослужащих во Францию. Для 1-й особой бригады этот период охватывает февраль-апрель 1916 г., для 3-й бригады – приблизительно август-сентябрь 1916 г. В данный период, скорее всего, не допускалась отправка почтовой корреспонденции опять же по соображениям секретности. Вместе с тем, нельзя полностью исключить вероятность того, что некоторые офицеры 1-й бригады могли воспользоваться услугами британской почты. В отличие от солдат, офицеры могли бесконтрольно и самостоятельно находиться в портах по маршруту следования из Дайрена в Марсель, что давало возможность свободно зайти в британскую почтовую контору и отправить письмо в Россию. 

     Период обслуживания французской почтой. Примерно с апреля-мая для 1-й бригады и сентября 1916 г. для 3-й бригады вся корреспонденция шла в основном через 189-й сектор французской военно-полевой почты. Заканчивается период стабильной работы французской почты апрелем 1917 г., когда обе бригады направляются с фронта в лагерь Ля-Куртин.

     Ля-Куртинский период. С момента проведения в лагере первомайской демонстрации и до прекращения сопротивления восставших солдат (10 сентября 1917 г.) можно выделить особый период, когда наряду с приемом в 189-м секторе почтовых отправлений от офицеров и преданных Временному правительству солдат существовали блокада лагеря Ля-Куртин и, соответственно, запрет на прием писем от мятежных солдат. Не исключено, что Временный дивизионный совет солдатских депутатов имел свои каналы доставки корреспонденции в Россию.

     Период рассредоточения военнослужащих по территории Франции и Северной Африки. После подавления восстания в составе особой пехотной дивизии остались только 5-й и 6-й особые пехотные полки, которые по-прежнему обслуживались французской почтой. Мятежные солдаты 1-го и 2-го полков были либо посажены в тюрьмы (наиболее опасных заточили в казематы знаменитого «Иль д'Экс» – острова в Бискайском заливе [8]), либо отправлены на работы в тыл, либо сосланы на каторгу в Северную Африку (в основном в Алжир и Тунис; всего примерно 5 тыс. человек [4]). Не выдержав каторжных работ в Африке, часть русских солдат «добровольно» записалась в 1-й иностранный полк 1-й Марокканской дивизии [8]. Корреспонденция мятежных солдат могла доставляться в Россию различными способами и поэтому сложно идентифицировать ее как относящуюся к почте Русского экспедиционного корпуса. Данный период не закончился с завершением первой мировой войны (ноябрь 1918 г.), так как большинство русских солдат по-прежнему оставалось во Франции. По свидетельству бывшего военврача корпуса А.Н.Рубакина [9], в сентябре  1919 г. во Франции еще оставалось около 30 тыс. солдат корпуса (включая и вернувшихся с Македонского фронта). Поэтому окончанием периода целесообразнее считать 1921 год [2], когда все пожелавшие вернуться на родину оказались в России. 

 

                                                                *     *     *

 

     Можно  предположить, что основной поток корреспонденции из Франции шел к родственникам русских солдат. Поскольку 3-я особая бригада формировалась из уроженцев Уфимской губернии, то большая часть корреспонденции, скорее всего, направлялась именно в эту губернию. В свою очередь, 1-я особая бригада формировалась в Москве (1-й полк) и Самаре (2-й полк) преимущественно из призванных в армию в центральных губерниях. Поэтому все почтовые отправления в указанные регионы хоть и являются на сегодня редкими, но были обычными в те далекие годы. Относительно более редкими можно считать отправления в другие регионы.

     До сих пор речь шла о пересылке корреспонденции из Франции в Россию. Однако не менее интересными являются письма из России во Францию. Тем более, что в результате описанных выше драматических событий большинство этой корреспонденции, наверное, утеряно или уничтожено. Относительно последнего варианта П.Карев вспоминает, что когда он с другими солдатами бежал из Марселя в Петроград через Швейцарию и Германию, то на первой же железнодорожной станции в Германии имел место следующий случай: «Производился тщательный осмотр имеющихся вещей. Ни золотые монеты, ни часы, ни кольца немцами не отбирались. Отбирались исключительно карандаши, пишущие ручки, бумага, блокноты, почтовые открытки и альбомы… Никакие просьбы солдат – оставить им снимки Индии, Франции, Африки, карточки товарищей, - во внимание приняты не были. Все было отобрано и сейчас же сожжено» [3, стр. 148].

     Все изложенное выше является первой попыткой обобщения истории почты Русского экспедиционного корпуса во Франции и, как следствие этого, нуждается в уточнении и дополнении.

 

Литература  

1. Уткин А.И. Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне. – Смоленск: Русич, 2000. – 640 с. 

2. Русский экспедиционный корпус // Советская военная энциклопедия. – М.: Воениздат, 1979. – Том 7. – С.180. 

3. Карев П. Нас не укротили. – Иваново: гос. изд-во Ивановской обл., 1937. – 167 с. 

4. Егерев М. Русские солдаты во Франции (Воспоминания участника первой мировой войны) // Военно-исторический журнал. – 1959. − №9. – С.87-96. 

5. Барбюс А. Те, которых не укротили… Из недавнего прошлого // Карев П. Нас не укротили. – Иваново, 1937. – С.154-166. 

6. Speeckaert A. Russian postal censorship, 1914-1918. − Vilvoorde, 1990. – 327 p. 

7. Залесский К.А. Первая мировая война. Биографический энциклопедический словарь. – М.: Вече, 2000. – 576+16 с. 

8. Малиновский Р.Я. Солдаты России. – М.: Воениздат, 1988. – 455 с. 

9. Рубакин А. В плену у союзников: О положении русских солдат и офицеров во Франции // Военно-исторический журнал. – 1996. − №4. – С.37-39.

 

                                                                                                              В. БЛАНУЦА (Иркутск)

 

 


ВНИМАНИЕ: при любом использовании данного текста необходимо делать ссылку на первоначальную публикацию – Блануца В. Жертвы имперских амбиций. Почтовое свидетельство пребывания русских солдат во Франции в первую мировую войну // Филателия. – 2003. − № 10. – С. 34 – 36.